2009-05-14 19:24:11
Притча немного длинная и совсем не смешная. НО
если кому то надоело просто хихикать - почитайте
Любить - это значит продолжать жить дальше...
Жила-была девушка. Или женщина. Или бабушка. Не
важно. Звали ее Алиса, и отличала ее всегда
молодая душа, которая не менялась от рождения.
Она была добрым человеком, но судьба почему-то
испытывала ее доброту, посылая ей новые тяжелые
испытания.
Кажется, совсем недавно оно похоронила своего
молодого еще брата и вот новая смерть
постучалась в ее двери – не выдержала горя мама.
Это было в прошлом месяце, и это было не все.
Алиса держала в руках телеграмму. Ее любимый, ее
надежда, ее платформа, на которой все
держалась, - погиб. Утонул, спасая ребенка.
Теперь нужно было ехать забирать его тело.
Алиса умерла вся и сразу. Она не помнит, как ее
мертвое тело везло любимого, как хоронило.
Хорошо, что рядом не было его родных – он
сирота, она бы никому не смогла посочувствовать.
Ее больше не было.
Тело ходило на работу, что-то там делало, потом
приходило домой, и тупо утыкалось в телевизор
или в подушку. Алиса отключила телефон, все
слова сочувствия были так малы по сравнению с ее
горем. Да и никто особо не стремился его
проявить – люди чураются большого горя, чтобы не
заразиться. Они хорошо чувствуют инфекцию.
А потом кончилась работа. Кому нужна «мертвая
душа»? Шеф вызвал ее в кабинет, пытался
извиняться. Алиса не позволила.
- Я хорошо Вас понимаю. Удачи.
Сейчас она брела домой по проезжей части, борясь
с отчаянным желанием броситься под машину. Она
выбирала подходящую марку. Когда-то ей очень
нравился гороховый цвет, и ее Сережка обещал
купить ей гороховую тойоту.
Сегодня был не ее день, мимо проносились
грузовики и совсем не симпатичные «Таврии»
и «Жигули».
Алиса свернула в лесок, который вел к дому.
Тишина наполнила ее сразу. Она опустилась на
траву и замерла.
- Чей, расселась тут, касатушка? – Алиса подняла
глаза. Перед ней стояла маленькая,
аккуратненькая такая старушка. Она словно
вылепилась из сказки. Алиса смотрела без
интереса, говорить не хотелось. Она ждала, когда
старушка уйдет, но та почему-то не торопилась.
- Бог не по силам испытания не дает! – Алису
тошнило от этой фразы, но старушка не заметила
выражения брезгливости на ее лице и продолжала –
Неисповедимы пути его, да только во благо все
действия направлены. И твое горе тоже было тебе
нужно. Чтобы понять, жизнь важнее смерти, жизнью
дорожить нужно, а не смертию. Что ты делать-то
любишь?
Алиса не поняла вопроса сначала. Она смотрела на
старушку и вдруг что-то внутри стало оттаивать,
мысль двинулась в голову, и эта была мысль о
жизни.
- Да, ничего особо не люблю. Когда-то кукол
шила, одевала их, придумывала истории. А сейчас –
ничего. Пуста.
- Вот и садись кукол шей. Как пошьешь пять штук,
найди пять семей или детей-сирот, у которых
близко дни рождения и дари им. Только
обязательно с историей. Да с хорошим концом. Как
сто штук пошьешь и раздашь, так можешь
прекращать это занятие. А до тех пор ни-ни.
Алиса даже глаза прикрыла от такого бреда. А
когда открыла спустя минуту, старушки нигде не
было.
«Надо же, я еще и с ума схожу». Она пошла домой.
Состояние было необычное, не мертвое. Еще не
живое пока, но умирать больше не хотелось.
Дома Алиса заварила чай, в раздумьях выпила его
и полезла на антресоли. Там лежали лоскуты ее
прошлой жизни, которые она когда-то бережно
собирала. И из которых творила потом людей. Для
нее они были живыми – ее куклы, у них была своя
жизнь, свои радости и слезы.
Алиса заплакала. Впервые за последние сухие
месяцы. Слезы капали на лоскуты, освежая их
цвета. Алиса достала иголку и нитку.
… Через неделю Алиса стояла в регистратуре
Центральной детской больницы.
- Девушка, помогите мне. Мне нужна девочка, к
которой редко приходят родственники. Или вообще
не приходят.
- Зачем это Вам? – подозрительно глянула на нее
медсестра.
- Понимаете… У маленького человека обязательно
должна быть радость, уверенность в том, что
чудеса случаются. Нужно только этого хотеть.
Нельзя, чтобы дети разочаровались в жизни, еще
не начав жить!
Видимо, что-то такое было в ее лицо. Медсестра
оживилась.
- Вы знаете, в отделении урологии лежит девочка.
К ней очень редко приезжает бабушка. А родителей
у нее нет. Вот. Аронина Светлана. Палата №12. Мы
с ней несколько лет уже мучаемся, а на поправку
все не идет. Каждый год лежит у нас. Халат
возьмите, пожалуйста.
Алиса поднялась на третий этаж, остановилась у
двери палаты. Сердце учащенно билось.
Она открыла дверь и увидела пять пар глаз, живо
уставившихся на незнакомку.
В углу палаты она заметила девочку, которая даже
не обернулась на новые звуки. Своим израненным
сердцем она почуяла такую же душу, еще
маленькую, но уже готовую умереть.
- Света, здравствуй! – девочка повернулась на ее
голос, и Алиса увидела перед собой ангела.
Девочка была очень худа, ее серьезные серые
глаза заглядывали прямо в душу и видели малейшую
фальшь.
- Ты кто?
- Я израненная птица… Я принесла тебе Нияшу, -
она достала из сумки куклу. Удивительно, но ее
Нияша была очень похожа на Свету – такая
грустная, с длинными волосами, худая и бледная.
Алиса не захотела румянить ей щеки. Теперь
поняла, почему…
- Это мне? Но почему? – Света задохнулась от
изумления, а Алиса чуть не зарыдала в голос от
детских чувств.
- Нияша тоже болела, как и ты. А потом она
попросила меня найти ей хозяйку, девочку,
похожую на нее. Она знала - когда появится такая
девочка, Нияша поправится. Мне пришлось долго
тебя искать. Нияша видела многих девочек, но
никто не мог стать ее хозяйкой. И вот сегодня
Нияша привела меня к тебе, она больше не хочет
никого искать, она почувствовала, ты – ее
хозяйка. Только тебе обязательно нужно
выздороветь, чтобы заботиться о Нияше, она еще
нездорова. Видишь, какая бледная?
Света серьезно слушала Алису, и в ее глазах
зажигались огоньки материнства, она уже приняла
на себя ответственность за больную Нияшу. Теперь
от нее зависело ее здоровье. Вдруг эти огоньки
потухли.
- А когда Нияша поправится, Вы ее заберете себе?
- Что ты! Нияша теперь твоя. Навсегда. А когда
она поправится, она обязательно поможет тебе.
- А как зовут тебя?
- Алиса.
Она оставила девочке пакет с фруктами, встала и
пошла к выходу. У выхода она еще раз посмотрела
на Свету. На лице девочки играл румянец. Она уже
что-то рассказывала Нияше – наверное, учила быть
здоровой.
Прошел год. Алису хорошо знали в ее маленьком
городке. Дети называли ее феей. Взрослые – по-
разному: сумасшедшей, странной, а еще
волшебницей. Она писала сказки и продолжала шить
кукол. Ее книжки стали выходить огромными
тиражами, несмотря на насыщенность рынка
литературой. Ей писали мамы, с ней советовались
дети. И она отвечала на все письма, помня, что
горе, если его не остановить, заражает
пространство вокруг, делает его мертвым.
… А еще через год она встретила Его. Его привели
к ней ее истории. Он лечился ими от своего горя –
в катастрофе погибли его жена и старшая дочка.
На руках остался годовалый сын. Он читал ему ее
сказки и не давал себе погибнуть, впитывая и в
себя их волшебство.
Как они встретились? Он просто пришел на ее
читательскую конференцию. С сыном.
Мне нечего сказать больше.
Вы можете умереть душой, можете телом, и никто
не пострадает. Мир будет жить дальше.
Вы можете остаться жить и дать жизнь другим.
Научить их выходить из такой ситуации. Подарить
жизнь другим людям. В этом случае, мир
приобретет. Вы подарите ему жизнь. Возможно –
это ваше предназначение.
А выбор – за вами.
Удачи и всего наилучшего!
Я знаю лучше...
